Масштаб трагедии чесменской земли

Долгое время точная статистика репрессий в районе оставалась закрытой. Знаковым событием для территории стало издание книги краеведа Анатолия Шалагина (публиковавшегося под псевдонимом Егор Дубинин) «Приговор: помнить!». В этом поименном справочнике впервые собраны сведения о более чем 700 пострадавших жителях Чесменского района. Только в списках раскулаченных значится 546 чесменских семей, сотни людей были лишены избирательных прав и отправлены на спецпоселения.

«Классовый признак» как приговор

Кампания по раскулачиванию, запущенная в 1930 году, ломала целые династии. Зачастую ярлык «кулака» присваивался не по экономическим показателям, а по политическим мотивам — за малейшее несогласие с действиями советской власти.

• Семья Темниковых из Березинского: в 1931 году Александра Ефимовна вместе с мужем и детьми была выслана в Свердловскую область. Полная реабилитация семьи состоялась только спустя почти 70 лет — в 1999 году.

• Семья Моисеевых: пострадала от жестокого выселения, а выжившие члены семьи смогли вернуться на родину лишь в 1945 году.

Пик Большого террора

Самым кровавым периодом стали 1937–1938 годы. Обвинения строились на сфабрикованных доносах и признаниях под давлением. Под удар репрессий попали люди самых разных профессий и вероисповеданий:

• Михаил Алексеевич Щукин (1891 г.р., пос. Чесменский) — арестован в августе 1937 года, приговорен «тройкой» к высшей мере и расстрелян в Тюмени. Разрешено к реабилитации в 1958 году.

• Прокопий Алексеевич Чуриков (хутор Матушкин) — обвинен в участии в контрреволюционной организации, расстрелян в мае 1938 года.

• Захарий Петрович Престенский — последний настоятель разрушенной Никольской церкви в Чесме. Был выслан еще в 1930 году, а в ноябре 1937 года расстрелян по обвинению в «антисоветской агитации».

Сохранить память поколениям

Сегодня на Южном Урале ведется активная работа по увековечиванию памяти жертв террора. Символом общей скорби стал мемориальный комплекс «Золотая гора» под Челябинском, где в братских могилах покоятся тысячи репрессированных южноуральцев. Для жителей Чесменского района Книга Памяти остается важнейшим инструментом возвращения имен из забвения. Помнить — значит признавать историю и делать все, чтобы подобные трагедии никогда не повторились.